16.02.2004

«ТРИНАДЦАТАЯ», ОНА ЖЕ ВТОРАЯ

В рамках праздничных мероприятий, посвященных 5-летию со дня основания Оренбургского государственного института искусств, 25 апреля состоялась премьера спектакля по пьесе Виктора Ольшанского «Тринадцатая звезда». По сути дела— это учебная работа, экзамен, который студенты театрального факультета института искусств имени Л. и М. Ростроповичей сдавали своим учителям — художественному руководителю курса, профессору Р. В. Исрафилову, педагогу по мастерству актера, и.о.профессора Б. Б. Хайбуллину, педагогу по сценической речи, заслуженному артисту России А. И. Бледному. Но— уверена— зрители (а зал каждый вечер полон) не думали об этом. Они видели настоящий театр и настоящих актеров. Тем более, у театралов Оренбурга был случай сравнить институтский спектакль с «настоящим»— его привозил год назад Орский театр драмы имени Пушкина, на сцене которого «Тринадцатую звезду» мастеровито поставил московский режиссер И. Корниенко. Ребята сравнение выдержали. Понятно, и они тоже не были оставлены заботами высоких профессионалов: яркая, театральная (а отнюдь не «литературная») режиссура Рифката Исрафилова не упрощала для учеников художественных задач, «положительные» и «отрицательные» черты героев не были изначально расфасованы на аптекарских весах, и каждому из исполнителей пришлось искать сложную правду характера, выразить ее в противоречии, в движении. (Напомним: сюжет пьесы — события перед очередным забегом кроликов, травимых собаками).

Несомненно, вместе с режиссером дал творческий импульс актерам и художник Петр Плотников. Он выстроил много значный образ «загона», который, конечно, несвобода, зато — привычка, сытая, уютная и даже красивая тюрьма. Клетки подвижны, этим художник дал интересные возможности режиссуре и исполнителям ролей, которыми те и другие воспользовались с большим художественным результатом.

Двигаясь, клетки как бы материализуют динамичный мир, требующий силы духа и тела, ставящий перед выбором, не прощающий ошибок. Но … как бы заботливо ни оснастили в дорогу учителя, к зрителю выходит актер, и с этой минуты все зави сит только от него. Только ему дано выверенную на репетициях логику характеров и отношений напол нить живым чувством — ведь лишь оно способно перелететь через рампу, «взять» зал. И студенческий спектакль хорош, прежде всего, потому, что он эмоционален. Действие не раз поднимается до звенящих драматических нот. Что здесь считать кульминацией? Драку Джека и Громилы? Объяснение Джека и Ясноглазки? Пушка, реализующего преимущества «кролика с ружьем»? Можно назвать и другие. Почему? Да потому, что главных героев вы сможете определить только по последовательности в программке, а в спектакле все ониљ— главные! Так ощутили их актеры, так близко приняли к сердцу их беды и радости. Джек Боевой Конек — Д. Гладков: сильный и добрый, проницательный и простодушный. И нужно ему только две вещи — свобода и Ясноглазка. Но вместе. Натура цельная, он гибнет оттого, что не в силах перенести удара от «своих» — предательства Громилы, отказа Ясноглазки. Внутренне пластичный, умеющий примениться к обстоятельствам, Громила — С. Шахмуть при отсутствии нравственных табу выходит… победителем? Что ж, и это правда.

Воплощенная женственность — такой предстала Ясноглазка в исполнении Н. Реневой. Она не добра и не зла, не эгоистична и не самоотверженна, но может быть и той, и другой, и третьей, и четвертой, интуитивно ощущая себя объектом, управляемым извне, в нашем случаељ— Громилой. А Пушок — А. Хуснутдинова, этот трепещущий комочек страха, отчаяния, надежды, сострадания? Моментами точность, с которой артистка передает внутреннее состояние через пластику, мимику, интонацию, безукоризненна. Да прибавьте органичное артистке чувство юмора, с которым в этих опасных обстоятельствах она нигде не переборщила … Если О. Плет при всем старании не сыграла возраст старухи Вислоухой, то убий ственную усталость от долгой несвободы и неухо дящее чувство ответственности за собратьев донесла вполне. Отлично вписался в общество братьев-кроликов сторож Мики Ду— А. Фатыхов, делающий уж совершенно очевидным, что речь-тољ— о нас с вами … Жестокий «человек с ружьем» Слаймен — Д. Бикбулатов, слишком хорошо знает своего героя по многочисленным киновестернамљ— это избавило его от необходимости искать свое. А жаль — он бы нашел … К сожалению, рамки этих заметок позволили сказать о доминанте каждого образа, хотя каждый богат обертонами, придающими характеру объемность.

Ну что сказать в заключение? Наше почтение учителям и «браво» ученикам! Это их общая Вторая звезда (вспом ним «Бомжовый блюз») и, конечно, далеко, далеко не последняя.

Евгения Павлова, театральный критик, заслуженный работник культуры, лауреат губернаторской премии «Оренбургская лира»

другие статьи